8 (3513) 543-545
glagol.miass@mail.ru

gl3.jpg

Совершила подвиг и… родила |

Моя бабушка, сотрудница политотдела 85-й дивизии спасла бригадного комиссара, умиравшего от ран в фашистском лазарете.

Совершила подвиг и… родила
В 70-е годы прошлого века в прессе появились яркие публикации о боях 85-й Челябинской ордена Ленина стрелковой дивизии. С первых минут Великой Отечественной войны она вступила в жесточайшие бои с превосходящими силами агрессора, несла страшные потери, но ценой  невероятного мужества и самоотверженности воинов-уральцев подолгу удерживала иные рубежи и даже вынуждала противника отступать.  От дивизии осталось немногим более сотни бойцов, которым удалось вырваться из окружения.

Рассказы и книга
Челябинские школьники под руководством заслуженного учителя РСФСР Анатолия Александрова собрали уникальные сведения об этой дивизии, которая перед войной дислоцировалась в районе белорусского Гродно. А журналист Александр Ляпустин, основываясь на этих исследованиях, написал документальный рассказ «Непобежденные». Он публиковался в 12-ти номерах газеты «Вечерний Челябинск» в 1971-1972 годах. Затем, в 73-м, вышел уже другой рассказ, ставший продолжением первого, «Анна Степановна». Он был посвящен моей бабушке Анне Ананьевой. Правда, не родной: на ней мой дед Василий Еремин женился в 1940 году после того, как трагически погибла его первая жена. 
Но к этому рассказу вернемся позже. А сначала откроем книгу, недавно обнаруженную мной в редакционной библиотеке, «Победа века. Челябинская область в Великой Отечественной войне». В статье «Комиссар не пропал без вести. Н. И. Толкачев» рассказывается о заместителе командира 85-й дивизии по политчасти Николае Толкачеве, депутате Верховного Совета РСФСР. Он неоднократно поднимал солдат в бой, личным примером укреплял их дух. В одном из сражений получил тяжелое ранение в ноги. Чудом его удалось переправить в Минск, к которому уже подступали немецкие армии. «Ему тогда повезло. Полуживого комиссара обнаружила А.С. Ананьева, жена одного из командиров 85-й Челябинской, и волоком, на себе перенесла в безопасное место, а потом поставила на ноги», – читаем в статье.

Москвичка на Урале
Весьма скупые строки. Как было в подробностях, говорится в рассказе «Анна Степановна», который Александр Ляпустин написал, почерпнув информацию из переписки с самой Ананьевой. В повествовании он приводит большие куски из ее писем.
Немного о том, как она познакомилась с моим дедом. Ананьева с тремя детьми переехала в Челябинск из Москвы в 1935 году, опасаясь репрессий: кому-то не угодила, работая в Московском ГК ВКП (Б).  В столице Южного Урала трудилась во властных органах. Прачечный комбинат, которым заведовала первая жена Еремина Ксения, находился в ведении комунхоза ЧТЗ. Анна Ананьева  с 1938 года руководила в этой структуре жилотделом. Тогда они и подружились, стали ходить друг к другу в гости. 
В 39-м Ксения погибла, попав под трамвай. В это время Василий воевал на Халхин-Голе, а его дети – Людмила и Георгий – жили у Анны. Вскоре они стали называть ее мамой. 

Переезд в Минск и оккупация
Воинскую часть деда сразу после приграничного инцидента перевели под Минск. Туда переехала и Анна, взяв с собой детей, кроме больного Георгия, моего отца, который остался в Челябинске с бабушкой. После регистрации брака с Ереминым Анна служила в политотделе 85-й дивизии. Перед самой войной ее, беременную, отправили в Минск, где она устроилась на работу в больничный городок.
После оккупации Минска гитлеровцы в старом здании больницы организовали лазарет для русских военнопленных. Там и работала Анна Степановна, оставшись в городе по заданию партии. Вот что она сама поведала в письме журналисту Ляпустину:
«Нас было четверо. Утром мы приходили в это большое здание, где для порядка стоял один немец… Сюда немцы собирали по дорогам и лесам раненых бойцов и командиров. Если бы вы видели! Это был ужас.  На грузовике раненые были набросаны как попало, один на другом, изуродованные, а некоторые были уже мертвыми.
Санитарки раздобыли где-то солому. Мне трудно было наклоняться – скоро я должна была родить, но о трудностях нечего было и думать».

Волоком из лазарета на чердак
«Вот стонет еще один раненый. Около него лужа крови. 
– Подожди, родной, сейчас перевяжу! – наклонилась над ним.  Стала отдирать прилипшие к ранам тряпки. Раненый судорожно вздрогнул.  Глянула на него и обомлела.
– Николай Иванович! Николай Иванович! Это я, Ананьева.
Я работала одно время в политотделе дивизии и хорошо знала бригадного комиссара. Но он был без памяти. Ранен в ноги. Позвали медсестру. Стали раненого лечить и тайком подкармливать. 
Мы узнали, что нас, русских, скоро в лазарет пускать не будут. Приготовили для Николая Ивановича брюки, рубашку и галоши, так как ботинок не нашли.
Вечером, преодолевая боль, Николай Иванович сказал, что хочет посмотреть погоду. Я вывела его во двор. Подошли к пруду, где была спрятана гражданская одежда. Николай Иванович выбился из сил и сразу повалился, как только почувствовал, что на нас никто не смотрит. Надо было спешить. Я с трудом переодела его. Через ворота нельзя было идти. Немцы могли нас заметить. Идти Николай Иванович не мог, и я поволокла его через задний двор на другую улицу. Ревом ревела – так было тяжело. И дома не легче. В комнате оставить не могла, боялась соседей. Пришлось поднимать на чердак. Намучилась – словами не передать. Свалилась на кровать. А через несколько часов родила дочь…»

Остался в подполье
Через какое-то время комиссара на чердаке обнаружил хозяин дома, и уже потащил Анну в гестапо. Но та пригрозила, что расскажет про его радиоприемник на чердаке.  Отпустил, но потребовал покинуть дом вместе с «мужем», как назвала Толкачева Анна Степановна. Одна из санитарок согласилась спрятать комиссара у себя дома. Там он окончательно окреп. Ананьевой же, работавшей вместе с другими по заданию подпольного Военного совета на территории двух больших районов Минска (изготавливали и развешивали листовки, добывали лекарство в лазаретах и переправляли в партизанские отряды), было приказано уходить в леса, к партизанам.  
Николай Иванович, наладив контакты с минским подпольем, стал активно участвовать в подрывной работе, а также поддерживал дух минчан верой в нашу Победу. После ареста по доносу провокатора был казнен фашистами вместе с другими членами подпольного Военсовета 9 мая 1942 года. Долгое время числился без вести пропавшим. Но белорусские историки узнали правду о его подвигах и смерти. 

P.S. Анна Степановна, оставив дочь Галину (моя тетя проживает сейчас в Москве, ей 78 лет) у знакомых на окраине Минска, всю войну находилась в Лидинском партизанском соединении, возглавляла агитбригаду. 
После Победы работала в горкоме партии белорусского города Слонима. Жила там вместе с детьми – своими четырьмя и Людмилой, старшей дочерью Еремина. Затем переехала в Серпухов, на свою родину. Награждена тремя орденами, медалью «Партизану Отечественной войны».

Валерий Еремин. 
Фото из семейного архива

Возврат к списку

Актуальные статьи

AlfaSystems massmedia K3FN2SA